Комментатор своего времени (egouar) wrote in interesniy_kiev,
Комментатор своего времени
egouar
interesniy_kiev

Убийство Петра Столыпина произошло в Киеве

95 лет назад, вечером 1 сентября 1911 года, в Городском театре Киева в присутствии императора Николая II, был смертельно ранен председатель Совета министров Петр Аркадьевич Столыпин. В Городском театре Киева в присутствии императора Николая II, его дочерей — великих княжон Ольги и Татьяны и при огромном стечении разношерстной сановной публики (от министров до гласных Киевской думы), военных и сотрудников Охранного отделения был смертельно ранен председатель Совета министров Петр Аркадьевич Столыпин. Террорист — 24-летний помощник присяжного поверенного Дмитрий Богров совершил покушение на статс-секретаря дерзко и цинично, в условиях принятых, казалось бы, беспрецедентных мер по обеспечению безопасности во время визита царствующих особ и высших чиновников государства в "мать городов русских". Сегодня, когда рассекречены архивные документы, касающиеся этой гнусной и, откровенно говоря, запутанной истории, я хочу ознакомить читателей с некоторыми малоизвестными материалами, которые де-юре подтверждают полную невозможность покушения на кого бы то ни было из высочайших особ во время визита императора и его свиты в Киев. А вот де-факто это подтверждение опровергается...

Де-юре

"…27 августа мы поехали в Киев, куда прибыли 29 утром. Встреча там была трогательная, порядок отличный", — сообщал государь Николай в письме матери — императрице Марии Федоровне...

Начнем с "порядка". Киевский, Волынский и Подольский генерал-губернатор, генерал-адъютант Федор Федорович Трепов для обеспечения оного подписал 24 августа 1911 года "Извещение жителям Киева", в котором сообщалось: "29 сего августа Государь Император с Государыней Императрицей и августейшей семьею осчастливят своим посещением Киев.

Прибывают Их Императорские Величества в 11 часов утра на ст. Киев 1-й (Центральная станция Юго-Западных железных дорог, ныне — Центральный вокзал. — Авт.), и пробудут в Киеве несколько дней.

Местные власти своевременно объявят и примут все надлежащие меры, необходимые для обеспечения общественного порядка, свободы движения и проезда по улицам. Выбегать навстречу к царскому экипажу, бросать цветы и подавать прошения при проезде по улицам воспрещается.

Находящим необходимость прибегнуть к царской милости будет открыт доступ для подачи всеподданнейших прошений в императорском дворце, где в особо отведенном помещении прошения будут приниматься дежурным флигель-адъютантом.

Будучи уверен, что властям не придется прибегать к мерам строгости, применяемым лишь в случаях нарушения порядка, я обращаюсь к верноподданнической преданности всех благомыслящих киевлян и прибывших в Киев на сии высокоторжественные дни и прошу содействовать должностным лицам в поддержании необходимого порядка путем неуклонного следования требованиям, предъявляемым сими последними лицами. Только при таком отзывчивом отношении населения к мероприятиям властей могут быть вполне обеспечены достойная встреча Их Императорских Величеств и радостное проведение предстоящих торжественных дней". Конечно же, одного увещевания было мало.

И поэтому днем ранее губернатор Федор Трепов обязал, что зафиксировано в специальном постановлении, "всех владельцев усадеб и домов в Киеве (достроенных и недостроенных), расположенных по пути следования Его Императорского Величества, во время проезда все ворота зданий и заборов, им принадлежащих, держать запертыми. На крыши, чердаки, заборы, деревья и к слуховым окнам никого не допускать и при каждых воротах иметь привратника, который должен впускать и выпускать только известных ему лиц".

Хозяевам квартир, расположенных в тех же местностях, предписывалось во время проезда Его Величества допускать к окнам и на балконы квартир, ими занимаемых, только лиц, ими приглашенных и хорошо им известных.

Нарушителей и виновных в неисполнении этого обязательного постановления Трепов стращал денежным штрафом до пятисот рублей или даже лишением свободы до трех месяцев. К слову, 500 рублей в 1911 году — это весьма крупная сумма.

Судите сами: приличный мужской костюм стоил 35—40 рублей, демисезонное пальто — 60. За квартиру из четырех комнат платили до 25 рублей в месяц или 300 — в год...

Обязательное постановление было напечатано и расклеено на вокзалах, станциях, пристанях, остановках трамвая, афишных тумбах, в магазинах, скверах и садах, увеселительных заведениях, на рынках, площадях, в Лавре, Покровском и Михайловском монастырях, в гимназиях, Университете, Политехническом институте и даже на Байковом, Лукьяновском, Еврейском, Караимском и Магометанском кладбищах и на Аскольдовой могиле... Кроме того, сообщение было опубликовано на страницах городской прессы.

А сама подготовка к визиту государя на берега Днепра началась в Киеве много ранее, еще в начале лета. Вот как это было.

16 июня 1911 года шталмейстер Двора, генерал-лейтенант от кавалерии, товарищ министра внутренних дел и командир Отдельного корпуса жандармов Павел Григорьевич Курлов создал Регистрационное бюро и подписал секретный документ, который был озаглавлен как "Положение о Регистрационном бюро". В условиях, когда общество в течение нескольких десятилетий фактически поощряло террор и со злорадством встречало сообщения об очередных жертвах "героев-убийц", деятельность специального Регистрационного бюро была отнюдь не бесполезной. Итак, составитель документа — жандармский подполковник Дукельский — позаботился о том, чтобы Регистрационное бюро осуществляло "проверку документов, самоличности и благонадежности всех лиц, проживающих как по улицам, по коим будут совершаться проезды Государя Императора в Киеве, так и в домах, предназначенных к посещению Его Величеством".

Если в "мирное время" наблюдение за домами, гостиницами и меблированными комнатами осуществлялось силами околоточных надзирателей местной полиции, то теперь этим занялось специальное Регистрационное бюро, которое возглавил "особый жандармский офицер", прибывший из столицы вместе с многочисленными помощниками — высококвалифицированными кадрами полиции и жандармерии. В состав служебного персонала Бюро, помимо его заведующего, входили: "4 помощника заведующего Бюро (жандармские офицеры), заменяющие такового в случае убыли и помогающие ему в работе при его наличности"; районные околоточные надзиратели, обслуживающие улицы и места, подлежащие ведению Бюро, а именно: 46 околоточных надзирателей для обслуживания пути проезда Его Императорского Величества и 8 околоточных надзирателей местной полиции для наблюдения за пропиской в участках;

4 околоточных надзирателя, 8 жандармских унтер-офицеров и 2 писаря, кои ведут регистрацию поступающих в бюро сведений и переписок по ним".

Проверку осуществляли так: "Каждое лицо, прибывающее на жительство в какой-либо дом, расположенный по улице, на которую распространяется деятельность Бюро (равно и все проживающие ныне), помимо прописки, установленным для адресного стола порядком:

а) опрашивается районным полицейским надзирателем по пунктам листка формы №1 и вносится в особую на каждый жилой дом домовую выписку установленной формы №2;

б) проверяется в его самоличности или словесной справкой у того из проживающих в Киеве лиц, на которое сошлется, или, если таковых знакомых не имеется, канцелярским путем, т. е. соответствующими телеграфными запросами по месту выдачи документа и по последнему месту жительства;

в) проверяется относительно его политической благонадежности в подлежащих учреждениях".

С момента введения этого Положения полицейские надзиратели "для наиболее успешного выполнения возложенных на них по бюро обязанностей возможно чаще обходят подлежащие их ведению дома и заводят среди жильцов таковых доверенных лиц, которые освещали бы их относительно прибытия туда посторонних лиц…

В самые дни торжеств всех вновь прибывающих лиц, кои не смогут немедленно удостоверить свою легальность и самоличность или кои возбудят сомнение в их благонадежности, — удаляют с линии проездов или вообще обезвреживают их, пользуясь для того как надзирателями, так и ... чинами охраны и жандармскими унтер-офицерами. Вместе с тем, обо всех таковых лицах дают немедленно знать в охранное отделение и соответствующему обходу наряда секретной охранной полиции".

25 июня 1911 года для обеспечения безопасности пребывания императора на церемониях и парадах при товарище министра внутренних дел, командире Отдельного корпуса жандармов Павле Курлове было учреждено еще одно — Особое бюро, на которое возлагалась проверка лиц, ходатайствующих о допуске их в места церемоний в Высочайшем присутствии, а равно заготовление и выдача названным лицам соответствующих пропускных билетов.

Каждое лицо, обязанное по службе или желавшее присутствовать на церемониях в Высочайшем присутствии, без различия звания и положения, не исключая военных, было обязано иметь на право входа соответствующий билет, скрепленный подписью командира отдельного корпуса жандармов, притом без всяких исключений.

Как указывалось в "Положении о Бюро", "билеты выдаются только лицам, политическая благонадежность и самоличность коих вне сомнения, почему Бюро по поступлении в него списков и заявлений с просьбой о выдаче билетов, прежде всего, принимает меры к проверке установленным порядком самоличности и благонадежности поименованных в них лиц".

Официальным лицам и участникам депутаций билеты выдавались только на те церемонии, в которых им надлежало находиться согласно утвержденному церемониалу.

Корреспондентам и фотографам билеты выдавались согласно правилам, "установленным на сей предмет Министерством Императорского Двора, а именно:

а) фотографам и корреспондентам, представившим установленные удостоверения от канцелярии министра Императорского Двора, выдаются беспрепятственно билеты "для корреспондентов";

б) фотографам и корреспондентам, не представившим означенных удостоверений, но подавшим заявление о выдаче им билетов, таковые выдаются общим порядком".

Механизм оформления заявки был довольно сложным. Все очень дотошно проверялось, прежде чем кто-то получал на руки свой пул (т. е. пропуск на присутствие на том или ином мероприятии с участием царя).

Для имеющих право присутствовать на торжествах устанавливались следующие категории билетов:

1-я категория. Для свиты Государя Императора и лиц, имеющих участвовать по церемониалу во всех торжествах.

2-я категория. Для имеющих встретить Государя Императора на вокзале.

3-я категория. Для лиц, имеющих встретить Государя Императора во дворце.

4-я категория. Для входа в Софийский собор.

5-я категория. Для входа в ограду Софийского собора.

6-я категория. Для входа во Владимирский собор.

7-я категория. Для пропуска во дворец на завтраки и обеды.

8-я категория. Для входа в Киево-Печерскую лавру.

9-я категория. Для входа в Покровский монастырь.

10-я категория. Для входа в Михайловский монастырь церемониальной публики.

11-я категория. Для входа в Михайловский монастырь публики, не указанной в церемониале.

12-я категория. Для пропуска к памятнику Императору Александру Освободителю лиц, указанных в церемониале.

13-я категория. Для пропуска к памятнику Императору Александру Освободителю (вне церемониала).

14-я категория. Для пропуска лиц депутаций на плацу перед дворцом.

15-я категория. Для входа в дом Дворянского собрания.

16-я категория. Для входа в Городской театр на спектакль.

17-я категория. Для входа в Купеческое собрание.

18-я категория. Для лиц народной охраны.

19-я категория. Для причта, духовенства и певчих.

20-я категория. Служебный билет.

21-я категория. Для посещения 1-й гимназии.

22-я категория. Для посещения Университета.

23-я категория. Для лиц, присутствующих на соколиной гимнастике и на смотре потешных.

24-я категория. Для лиц, имеющих проводить Государя Императора на вокзал.

25-я категория. Билеты-удостоверения для воинских чинов.

26-я категория. Для пропуска на трибуны у памятника и двадцать шесть категорий билетов для кучеров и водителей автомобилей во все указанные места (естественно, пропуска эти выдавались не всем без разбору кучерам, а только тем, кто сопровождал лиц, участвовавших в той или иной церемонии). Билеты для пропуска лиц на вокзал (вне церемониала) выдавались на общем основании начальником Киевского жандармского полицейского управления железных дорог полковником Левандовским.

Казалось бы, все было сделано разумно. Однако и на старуху бывает проруха. Во всех принимаемых мерах по усилению безопасности говорится только об императоре и членах царской фамилии... И ни слова — о министрах, что способствовало халатному выполнению обязанностей со стороны Киевского охранного отделения по отношению к охране сановных особ, в первую очередь — Столыпина, Коковцева, Кассо и наследника болгарского престола — князя Бориса. Кроме того, в Киеве был грубейшим образом нарушен совершенно секретный циркуляр департамента полиции (№116818) от 19 октября 1910 года, в котором почти за год до киевской трагедии недвусмысленно сообщалось начальникам губернских жандармских управлений и охранных отделений следующее: "Несмотря на точные указания § 10 Положения об охранных отделениях, о том, что лица, привлекавшиеся к ответственности по государственным преступлениям, а также состоявшие секретными сотрудниками, не могут быть допускаемы к занятию должностей в охранных отделениях, — одним из начальников губернских жандармских управлений в текущем году было принято на службу в качестве филера лицо, состоявшее ранее секретным сотрудником.

Ввиду изложенного департамент полиции напоминает о неукоснительном соблюдении § 10 Положения об охранных отделениях".

Между прочим именно в этом документе упоминается (косвенно) не кто иной, как будущий убийца Столыпина и агент охранки Дмитрий Богров... Здесь же мы встречаемся (также пока в закамуфлированном виде) с подполковником Отдельного корпуса жандармов и начальником Киевского охранного отделения господином Николаем Николаевичем Кулябко — отчасти виновником происшедших печальных событий.


Александр АНИСИМОВ, "Кіевскій телеграфЪ"
Tags: история города
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments